«России есть что демонстрировать»

, 28.02.2012

Кирилл Дмитриев: «России есть что демонстрировать»
Глава Российского Фонда Прямых Инвестиций Кирилл Дмитриев – об инвестклимате в стране и притоке зарубежных капиталов.

РБК Журнал
Как только не характеризуют деловой климат в России – ужасный, тяжелый, некомфортный. Проблем, конечно, море. Тем не менее, страна остается притягательной для зарубежных капиталов, и их приток усилится после завершения выборного сезона, убежден Кирилл Дмитриев, глава Российского Фонда Прямых Инвестиций (РФПИ). Созданный менее года назад, РФПИ договаривается с ведущими глобальными инвестиционными институтами – от частных фондов прямых инвестиций Америки до суверенных инвестфондов Китая и стран Ближнего Востока – о многомиллиардных вложениях в российский бизнес. В конце января было объявлено о первой сделке, вот-вот последуют другие. В мире сегодня почти 30 трлн долларов «длинных» денег, которым не так-то легко найти выгодное применение. У нашей страны есть хороший шанс заполучить от этого пирога по-настоящему жирный кусок, совершив прорыв в деле облагораживания бизнес-климата, сказал Кирилл Дмитриев в интервью журналу «РБК».

НЕ ХВАТАЕТ БЕЛОГО ПИАРА

РБК: «Пророк кризиса» Нуриэль Рубини недавно назвал Россию недостойной причисления к BRICS из-за слабого роста экономики. Что вы противопоставляете такому «черному пиару» нашей страны, когда ведете переговоры с инвесторами?

Кирилл Дмитриев: России есть что демонстрировать: по итогам 2011 года наша страна имеет профицит бюджета, минимальную за 20 лет инфляцию, один из самых низких госдолгов в мире – 11% от ВВП по сравнению с более чем 80% в Европе и более чем 100% в США. У нас третьи самые высокие в мире международные резервы (около 500 млрд долларов) и значимые 4,3% роста ВВП. Другие страны, в том числе практически все развитые, могут только позавидовать таким параметрам. России и впрямь не хватает «белого» пиара. Мало кто говорит, например, что, по оценкам МакКинзи, средний класс в России утроился за последние 5 лет. Мы стараемся вносить свою лепту –общаясь с ведущими инвесторами и изданиями и делясь с ними простыми фактами об экономическом росте России, о которых, к сожалению, многие не знают. Нельзя забывать о наших сложностях, но нельзя также забывать наши реальные достижения.

РБК: Кого уже удалось соблазнить Россией?

Кирилл Дмитриев: Мы провели переговоры практически со всеми, кого считают гордостью мировой индустрии прямых инвестиций. На разных встречах, в том числе на знаковой встрече премьера Путина с представителями крупнейших международных инвестиционных институтов (под управлением которых находится около 2 трлн долларов) в мае прошлого года, с их стороны в адрес России и РФПИ прозвучали весьма лестные отзывы. А посмотрите, кто вошел в Международный экспертный совет нашего фонда: Лю Цзивэй, глава китайской инвестиционной корпорации; Стивен Шварцман из Blackstone Group; Дэвид Бондерман из TPG; Бадер Аль-Саад, глава Kuwait Investment Authority, и другие легендарные личности. Я не знаю другого такого фонда в мире, у которого был бы такой экспертный совет. На презентации РФПИ на недавнем форуме в Давосе собралось около 70 человек, представляющих крупнейшие инвестиционные фонды мира – уникальная концентрация капитала в одной комнате даже для Давосского форума.

РБК: Эти люди просто приходят и говорят теплые слова или реально инвестируют?

Кирилл Дмитриев: С момента формального запуска РФПИ в июне прошлого года прошло еще слишком мало времени, чтобы отчитываться о потоке сделок. Тем не менее, они уже есть – на продвинутой стадии рассмотрения у нас находятся более 30 проектов на общую сумму финансирования более 180 млрд рублей. В декабре мы создали Российско-китайский инвестиционный фонд совместно с китайской инвестиционной корпорацией, крупнейшим суверенным фондом в мире. Наши китайские коллеги инвестировали в него 1 млрд долларов. В конце января мы заключили первую инвестиционную сделку по приобретению пакетов акций объединенной российской биржи ММВБ-РТС. Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) выступил соинвестором этой сделки в пропорции 5 к 1. В феврале-марте планируем завершить еще две сделки в растущих секторах российской экономики.

РБК: На какие «истории роста» вы собираетесь делать ставки?

Кирилл Дмитриев: Никто не сомневается, что в России есть огромный потенциал развития. Он есть в инфраструктуре, логистике, сельском хозяйстве, энергоэффективности – и многих других индустриях.

Отечественный рынок далек от насыщения, в отличие от той же Европы, где новому стабильному спросу просто неоткуда взяться. А у команды РФПИ большой опыт инвестирования в незаполненные ниши. В 2000-е годы одним из проектов, которые я курировал в Delta Private Equity Partners, был «Дельтабанк», сфокусированный на пластиковых картах. Мы вошли в этот бизнес в то время, когда «карточный» рынок в России практически отсутствовал, за что и были впоследствии вознаграждены прибыльностью инвестиций в сотни процентов годовых. Подобный же рост происходил в «СТС Медиа», компании кабельного телевидения «НКС», ИТ-компании «Комьюлинк» – успешные инвестиции в лидеров рынка, показывающие хорошую доходность и потенциал роста в России. Сегодня среди подобных многообещающих секторов я бы выделил частную медицину, инфраструктурные и региональные проекты. У нас и наших иностранных соинвесторов есть все, что необходимо для развития перспективных бизнесов. Мы будем не только вкладывать в них деньги, необходимые для технологического совершенствования и экспансии, но и поддерживать уникальным управленческим опытом, глобальной экспертизой. Так что на неплохую доходность сможем рассчитывать.

РБК: Как же с интересом к России со стороны «умных денег» согласуется факт рекордного оттока капитала – 84 млрд долларов по итогам 2011 года?

Кирилл Дмитриев: Да, он большой, но не рекордный (если соотносить его с ВВП, торговым балансом) и в существенной степени объясняется тем, что российские компании аккумулировали запасы валюты на случай очередного паралича мировых рынков капитала. Но России действительно надо стать более конкурентоспособной на мировом рынке привлечения капитала.

РБК: Не взволнованы ли иностранные капиталы политической встряской в России?

Кирилл Дмитриев: На протяжении почти всего выборного сезона я часто слышал от инвесторов одно и то же: зачем вкладывать прямо сейчас, если можно подождать до марта. Я уверен, что после выборов инвесторы будут активно наверстывать упущенное. Возможно, кому-то из противников нынешней высшей политической власти это неприятно будет услышать, но крупнейшие иностранные инвесторы рассматривают ее в качестве гаранта устойчивого развития России. Инвесторы прямо так и говорят, что это уникальное преимущество нашей страны – наличие команды, способной быстро принимать важные решения. Посмотрите, что делается в США, где республиканцы и демократы не могут договориться по проблеме бюджетного дефицита и госдолга. Или на Европу, в которой маленькая Словения способна заблокировать любые инициативы.

РБК: Иностранцы ценят способность российских властей принимать решения, но как насчет качества самих решений, насчет инвестклимата?

Кирилл Дмитриев: Все мы прекрасно осознаем, насколько он далек от совершенства. Не все сразу. Россия, как и любая страна, развивается этапами, рывками. В 2000-х мы нуждались в стабилизации, наведении элементарного порядка. Более-менее успешное решение этой задачи спровоцировало рост интереса инвесторов в России. Вспомните предкризисный бум. В 2005-2007 годах доходность активов измерялась двух-, а то и трехзначными цифрами, и бизнесмены не очень-то жаловались на «режим». А теперь, когда из-за мирового кризиса привлекать деньги стало намного труднее (всем, а не только россиянам), обнажилась проблема инвестклимата. В мире сейчас около 30 трлн долларов «длинных» капиталов, которым трудно найти применение, и у нашей страны есть уникальный шанс заполучить лакомый кусок этого пирога. И у меня, и у иностранных партнеров РФПИ от встреч с первыми лицами государства сложилось впечатление, что они в полной мере осознают необходимость оздоровления бизнес-среды и готовы вплотную заняться реформами корпоративного и государственного управления, регулирования и т.д. У нас есть все шансы на прорыв, это точно.

РБК: Каким же образом создание государственного фонда согласуется с задачей развития рыночных институтов?

Кирилл Дмитриев: Ваши сомнения понятны. Представители иностранных фондов тоже поначалу высказывали опасения, что РФПИ будет затаскивать их в проекты «государственной важности», для поддержки каких-то отраслей и регионов. Однако Председатель правительства Путин еще во время упомянутой встречи в мае 2011 года твердо заявил, что и РФПИ, и его партнеры-соинвесторы должны работать как классический фонд прямых инвестиций – ради максимальной отдачи на капитал. Работа над созданием фонда совместно с В.А. Дмитриевым, председателем «Внешэкономбанка», длилась с 2010 года и позволила учесть ключевые рекомендации ведущих мировых фондов, создать понятного для них партнера. В итоге механизм защиты этого принципа заложен в саму организацию и РФПИ, и инвестиционного процесса. Во-первых, команда фонда полностью укомплектована профессионалами, в том числе иностранными, приглашенными из частных инвестиционных институтов. Во-вторых, вознаграждение команды будет зависеть от достигнутых результатов, а значит, она мотивирована на поиск сделок с высокой доходностью. В-третьих, экспертиза проектов осуществляется в две пары глаз – не только командой РФПИ, но и соинвесторами. А это люди очень опытные.

РБК: В числе партнеров РФПИ вы упомянули суверенные инвестфонды стран Ближнего Востока, которые, как правило, диверсифицируются вложениями в страны, не зависящие от экспорта углеводородов. Причем же здесь Россия?

Кирилл Дмитриев: В мире не так много альтернатив. Нельзя же все вкладывать в один Китай. А в развитых странах экономика стала заложницей насыщенного спроса. К тому же, с точки зрения арабских инвесторов, Россия – не такая уж сырьевая, они признают за нами высокий уровень развития по многим направлениям. Так, к нашей медицине проявляет интерес суверенный фонд Катара. А фонд Кувейта – а это один из самых крупных, опытных, успешных инвесторов в мире – присматривается к российской логистике и агросектору. К последнему на Ближнем Востоке всегда относились с особым трепетом.

РБК: А почему с Китаем, с CIC, РФПИ создал отдельный фонд? Китайцы выдвигают особые условия?

Кирилл Дмитриев: Да, Российско-китайский инвестиционный фонд – в каком-то смысле отдельный случай. Однако уступок китайцы от нас не требовали. Обратите внимание: притом что обе стороны – РФПИ и CIC – вложат в фонд по одному миллиарду долларов (а впоследствии китайцы добавят еще несколько), в капитале управляющей компании этого фонда российская сторона контролирует 60%. За нами – управляющая команда, экспертиза проектов. Кстати, наш совместный фонд был создан в декабре 2011 года всего через четыре месяца после начала переговоров с CIC. Заметьте, что обычно эта корпорация раздумывает о входе на тот или иной рынок по нескольку лет. Китайские инвесторы захотели побыстрее приступить к делу, поэтому и создан отдельный фонд. Они, как и мы, верят в бурное развитие приграничного сотрудничества между нашими странами и ставят на такие сектора, как логистика, энергетика, транспорт.

РБК: А не следовало бы России, взяв пример с арабов и китайцев, сделать из РФПИ классический суверенный инвестфонд, который инвестировал бы часть госрезервов в зарубежный бизнес?

Кирилл Дмитриев: РФПИ и сейчас имеет право до 20% капитала вкладывать в иностранные предприятия. Но в самой России возможностей роста куда больше. Впрочем, у нас есть интерес к развитым странам. Мы готовы вкладываться в промышленные предприятия при условии, что эти инвестиции будут осуществляться в рамках более широкой программы их сотрудничества с промышленниками в России. У нашей страны уже есть такой опыт в авиастроении – с Boeing и EADC. До кризиса российский капитал, прямо скажем, не пускали в высокотехнологичные бизнесы. А сегодня та же Европа сама нуждается в производственной и технологической синергии с российскими компаниями, тем более что наша страна является для европейцев еще и огромным, спасительным рынком сбыта. Думаю, уже в ближайшие год-два мы объявим о первых сделках в западных странах.


СПРАВКА

От частного к общему

Кирилл Дмитриев, генеральный директор Управляющей компании РФПИ, считается одним из аксакалов отечественной индустрии private equity. Он окончил в 1996 году Стэнфордский университет, а в 2000-м получил MBA в Гарвардском университете, и, после работы в Goldman Sachs, McKinsey и IBS, в 2002 году был приглашен в компанию Delta Private Equity Partners, которая в то время управляла крупнейшим фондом прямых инвестиций в нашей стране – «США – Россия». Здесь К. Дмитриев курировал «возделывание» и продажу стратегам «Дельтабанка», банка «Дельтакредит», «СТС Медиа», «Национальных кабельных систем», а также продажу компании «ТВ 3» холдингу «Профмедиа» и группы компаний «НКС» холдингу «Базовый Элемент». К. Дмитриев стал соуправляющим партнером фондa Delta Russia Fund, который показал годовую доходность более 100% годовых. В 2007 году К. Дмитриев основал фонд прямых инвестиций Icon Private Equity, который управляет капиталом около 1 млрд долларов. Несмотря на мировой финансовый кризис и значительные потери мировых фондов прямых инвестиций, Icon продемонстрировал рост стоимости активов в каждый год с основания за счет инвестиций в телекоммуникационный и финансовый сектора. К. Дмитриев полностью передал управление Icon ее инвестиционной команде в марте 2011 года.

В апреле 2011 года г-н Дмитриев назначен генеральным директором УК РФПИ. Он оказался единственным россиянином, которого ведущий журнал индустрии Private Equity International включил в список ста самых влиятельных представителей мировой индустрии private equity в прошедшем десятилетии (2001-2011 гг.).